12.08.2019

Прадеды, деды

15 лет назад мои друзья из афганского ветеранского движения попросили на их концерте в Кремле спеть песню «У жизни характер крутой», или как называют её мои друзья «Пуля». Есть в там такие строки: «а пуля целится, а пуля целится, на двоих одна пуля не делится».

Собственно, так и состоялось моё знакомство с классным профессионалом, замечательным композитором и поэтом Пётром Алексеевичем Синявским (надо сказать, что он не любит, когда его называют по отчеству, хотя по возрасту годится мне в отцы).

В наших задушевных беседах многие часы пролетали как мгновенья. Мы не просто прониклись взаимным уважением и добрым расположением, но и каким-то одинаковым восприятием мира и войны. Во всяком случае, я был в этом уверен.

Однажды Петр достал из укромного места, в котором он хранил особо ценные свои стихи, листок с несколькими четверостишиями песни «Прадеды-Деды» и показал его мне. Это была высшая степень доверия. Синявский и раньше не всегда писал музыку к своим стихам. А в случае со стихами «Прадеды-Деды» — он тем более за это не брался. Для него это особо трепетная тема — Великая Отечественная война, подвиг русского народа, её жертвы и память.

Было решено отдать стихи моему другу — композитору Илье Брылину, которому, кстати, как и мне военная тематика не чужда — несколько лет он прослужил в Вымпеле. Так и родилась песня-баллада «Прадеды- Деды».

Мне и Брылину песня понравилась, довольные собой мы пришли к Синявскому увереные, что он по достоинству оценит труды. Каково же было изумление, когда в глазах Пётра Алексеевича появились слёзы, но не от радости, а от горечи и обиды. Столь рассерженным я не видел его никогда. Он хотел видеть песню бравурным маршем, а мы с Ильёй воспоминание о войне ассоциировали со скорбью и болью. Поэтому, когда Брылин написал балладу, я не только её понимал, но и считал, что по-другому и быть не может.

Чтобы не расстраивать старшего товарища, достаточно быстро был записан второй вариант — марш.

Слушатели же, разделились в предпочтениях. Кому-то больше нравился марш, но большей части, — баллада. Для себя я это объясняю тем, что, когда исполняю балладу, то чувствую о чём пою. И ещё, я понял, мы все по-разному воспринимаем войну и победу.

Если говорить о себе, то у меня нет знакомых сослуживцев (кто сам ходил под пули и хоронил своих друзей), кто любил бы войну. Я отдаю себе отчет в том, что все мы разные в своем восприятии мира. Но при этом я, как и многие мечтаю, чтобы люди всегда оставались Людьми и не теряли Человеческий облик. Тогда не будет войн – не больших, ни малых.